Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. Создатель беларусской «новой волны», эротично экранизировавший классику. Рассказываем о режиссере, ставшем легендой беларусского кино
  2. «Им было наплевать, как мы будем выживать и решать проблемы». Беларусы рассказали, как пережили «адский коллапс» в российском аэропорту
  3. Ужесточения вскоре появятся по застройке частных домов. Эксперты рассказали, надо ли будет переделывать уже возведенное жилье
  4. Что заставило доллар так резко сдать позиции и чего теперь ждать от него в ноябре? Пояснил финансовый аналитик
  5. «Наша Ніва»: в крупнейшую сеть автохаусов Butikavto пришел ДФР, владельца задерживали
  6. «Перенести или отменить». МИД предостерег белорусов от поездки в эти шесть стран Европы
  7. «Мы никому не говорим, где мы живем». Поговорили с представителем BELPOL об изнанке работы — информаторах, деньгах и личной безопасности
  8. Аномальное тепло и ночные заморозки. Синоптик рассказал о погоде на следующей неделе
  9. Соседи Беларуси этой ночью переведут часы. Как изменится разница во времени
  10. После визита Коула освободили 25 политзаключенных. Похоже, к вывозу готовили еще одну — но она была против
  11. Возрастная доплата к пенсии положена не всем. Кто ее не получит?


/

Одним из самых резонансных событий в первые дни Олимпиады стало публичное заявление норвежского биатлониста Стурлы Легрейда. После завоевания бронзовой медали в индивидуальной гонке атлет признался в измене девушке, которую назвал «любовью всей своей жизни». Мы спросили у психолога Артура Удриса, который ведет онлайн и офлайн консультации в Польше, зачем Легрейд пошел на такой шаг.

Стурла Легрейд во время медальной церемонии на Олимпийских играх в Италии, 10 февраля 2026 года. Фото: Reuters
Стурла Легрейд во время медальной церемонии на Олимпийских играх в Италии, 10 февраля 2026 года. Фото: Reuters

«Прежде всего отмечу, что это не первое признание биатлониста. Он сам сказал, что сообщил девушке об измене на прошлой неделе. Судя по всему, тот разговор прошел не очень хорошо, и они расстались. И наверняка Легрейд хочет восстановить отношения. Поэтому он надеется на „свет в конце тоннеля“», — считает Артур Удрис.

Психолог убежден, что ключевая фраза в высказываниях Стурлы — про «социальное самоубийство»:

— Думаю, это попытка искупить вину. Легрейд буквально проговаривает, что он страдает ради девушки, так как он «все испортил». Извинение — способ признать вину и компенсировать ущерб. Стурла дает понять: «Я пострадаю за свой поступок, чтобы доказать, что я хороший человек и меня можно любить». То есть это такой жертвенный акт, чтобы девушка оценила, как известнейший спортсмен «мочит» свою репутацию.

Удрис обращает внимание и на другой аспект — попытку создать «социальное давление на другого человека».

— Это как, например, делать предложение в людном месте. Человек, который, может, и хочет отказать, так поступит с меньшей вероятностью, ведь на него все смотрят. И бывшая девушка биатлониста после публичных извинений тоже может чувствовать себя неловко в плане «как его теперь не простить?». Не обязательно, что Легрейд делает это сознательно, но бессознательно он накладывает на нее обязательства.

В данном случае, по мнению психолога, неважно, что Стурла не называет имени возлюбленной:

— Она все равно знает или узнает, что это заявление для нее. Тем более когда ты выигрываешь медаль на Олимпийских играх, то создаешь дополнительное давление. Спортсмен и сам говорит, что после бронзы в гонке его речь «возможно, прозвучит весомее».

Резюмируя, Артур Удрис считает, что главными в резонансном поступке Легрейда были два мотива:

— Во-первых, публичное покаяние и способ компенсировать вину через страдание. Во-вторых, попытка создать социальное давление. Скорее всего, биатлонист идет на все это, чтобы вернуть девушку.

Напомним, Стурла Легрейд — олимпийский чемпион 2022 года в эстафете, семикратный чемпион мира и победитель общего зачета Кубка мира в сезоне-2024/25. 10 февраля на Играх в Италии он стал третьим в гонке на 20 км.

11 февраля стало известно, что бывшая девушка Легрейда отреагировала на публичное признание со стороны биатлониста. Пожелав остаться анонимной, она сказала норвежскому изданию VG следующее: «Простить сложно. Даже после признания в любви на весь мир. Я не просила ставить меня в такое положение, это тяжело. Мы общались [со Стурлой], и он знает мое мнение по этому поводу».