Поддержать нас
Беларусы на войне
  1. «Пашешь, пашешь, и все мало и мало». Беларусы, работающие врачами в Польше и Нидерландах, рассказали, как трудятся и сколько получают
  2. Возле Дроздов в Минске есть секретная многоэтажка — информации о ней минимум. Но всплыли данные об одной из квартир
  3. «Мы отрежем Крым от России». Командующий Силами беспилотных систем Украины Бровди о стратегии ударов
  4. Долгожитель среди классиков, одной фразой описал менталитет беларусов, не принимал советскую систему. Чем крут Янка Брыль — пять пунктов
  5. Лукашенко сменил одного министра, директоров заводов и главу крупнейшего госмедиахолдинга
  6. Для водителей анонсировали новшество и пригрозили им «административкой»
  7. На авторынке «умирает» один из дилеров
  8. Быстрый гол, штанга, три удаления. В Мексике стартовал чемпионат мира по футболу — рассказываем
  9. В СК придумали новые подходы для преследования инакомыслящих беларусов — акцент делается на двух соцсетях
  10. «Лукашенко хочет стать Токаевым». Что будет с остановившимися переговорами Лукашенко и США по поводу политзаключенных? Мнение
  11. «Меньше кофе надо было пить, не напьетесь вы этого кофе вечно». Беларуску оставил на заправке рейсовый автобус — кто прав
  12. Вводят пенсионные новшества


/

Уровень витамина D в организме в среднем возрасте может быть связан с состоянием мозга десятилетия спустя. К такому выводу пришли исследователи, опубликовавшие работу в журнале Neurology Open Access, официальном издании Американской академии неврологии, пишет ScienceDaily.

Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Pexels.com
Изображение носит иллюстративный характер. Фото: Pexels.com

Ученые отмечают, что у людей с более высокими показателями витамина D в середине жизни в дальнейшем наблюдался более низкий уровень тау-белка в мозге. Этот белок считается одним из ключевых маркеров, связанных с развитием деменции и болезни Альцгеймера. При этом исследователи подчеркивают, что речь идет о статистической связи, а не о доказанном причинно-следственном эффекте: на основании этих данных нельзя утверждать, что витамин D напрямую снижает риск деменции.

В исследовании участвовали 793 взрослых в среднем возрасте около 39 лет, у которых на момент начала наблюдения не было признаков деменции. В начале работы у них измерили уровень витамина D в крови, после чего за участниками наблюдали в течение длительного времени. Примерно через 16 лет им провели сканирование мозга для оценки накопления тау-белка и бета-амилоида — двух биомаркеров, связанных с нейродегенеративными процессами.

Исследователи разделили участников по уровню витамина D, при этом значение выше 30 нанограммов на миллилитр считалось высоким уровнем, а ниже — низким. Около трети участников имели дефицит витамина D, а лишь небольшая часть принимала соответствующие добавки.

После корректировки данных с учетом возраста, пола и симптомов депрессии ученые обнаружили, что более высокий уровень витамина D в среднем возрасте ассоциировался с меньшим количеством тау-белка спустя годы. При этом связи между уровнем витамина D и накоплением бета-амилоида выявлено не было.

Авторы работы подчеркивают, что результаты выглядят перспективно и указывают на возможную роль среднего возраста как периода, когда коррекция факторов риска может оказаться наиболее эффективной. Однако они также отмечают ограничения исследования, включая то, что уровень витамина D измерялся только один раз, а не отслеживался динамически, поэтому для окончательных выводов необходимы дополнительные исследования.