Предприниматель Вадим Прокопьев недавно написал колонку для Deutsche Welle, в которой рассказал, что пригласил Сергея Тихановского в США, поскольку рассчитывал, что тот сможет отстаивать в Вашингтоне интересы свободной Беларуси. Однако после выхода из заключения муж Светланы Тихановской вернулся к блогерству и сосредоточился на критике демсил. «Зеркало» поговорило с Прокопьевым о том, почему Тихановский пошел другим путем, кто может стать лоббистом для беларусов в Америке и как на это повлияет победа демократов на промежуточных выборах в Конгресс.
«Не демократия, не права человека, не сочувствие к беларусам»
— В колонке для Deutsche Welle вы написали, что судьба Беларуси решится сначала в США. Почему вы так считаете, как это будет происходить и с чьим участием?
— Я бы начал с неприятной для нас исторической истины. Судьбы небольших европейских государств чрезвычайно редко определялись исключительно волей их народов. Баланс сил очень часто — решающий фактор. Вспомните Австрию 1955 года, Финляндию после Второй мировой войны, Германию.
Многие считают, что Америка, увлеченная доктриной Монро (стремление США сосредоточиться на Западном полушарии. — Прим. ред.), ушла из Европы. Это не так. Как правило, так рассуждают люди, которые не открывали фундаментальный документ, который называется Стратегия национальной безопасности США. Кстати, в нем вы найдете Россию, но не найдете Беларуси. И это большое упущение беларусских демократических сил, если хотите. Так вот, проштудировав этот документ, вы поймете, что Америка остается европейским арбитром. И эту логику легко объяснить двумя словами: ядерное оружие.
Мой практический опыт последних пяти лет и в Вильнюсе, и в Варшаве, и в Киеве тоже подтверждает простую истину: если у вас Америка не в союзниках, то у вас точно ничего не будет получаться.
Правила нового миропорядка будут писаться в Вашингтоне. Если в них не будет Беларуси и мы там будем записаны как военная база России, то наша судьба незавидна. Мы попадаем прямиком даже не в русский, а в китайский мир. Не демократия, не права человека, не сочувствие к беларусам, а именно интересы национальной безопасности США будут решающим фактором в судьбе нашей страны на протяжении XXI века.
Америка никогда не играла с нами в команде — ни в 1996 году, ни в 2020-м. И у США никогда не было отдельной стратегии по Беларуси. Кстати, отличное интервью «Зеркала» с Майком Помпео — еще одно подтверждение старого тезиса о том, что США всегда смотрели на Беларусь через призму отношений с Россией.
— Вы писали, что у вас были надежды на Сергея Тихановского как представителя беларусских интересов в США. Теперь он сфокусировался на критике демсил. Кто и как сейчас может продвигать беларусскую повестку в Америке?
— Я уверен, что вы правильно понимаете мой замысел: я не рассчитывал, что Сергей начнет разговаривать как Киссинджер или Бжезинский. Его задачей, по моей задумке, было попытаться стать узнаваемым лицом в США. И нельзя сказать, что для этого не было никаких предпосылок, потому что его освобождение было сенсацией.
К сожалению, возня, случившаяся в первый месяц после освобождения, действия Офиса Светланы по отношению к Сергею не позволили ему приехать в Америку вовремя. Ведь железо нужно ковать, пока горячо. Я считаю, что у него был ненулевой шанс ворваться в американские медиа сразу после освобождения. И это был бы ключевой фактор.
Тем не менее у Сергея получилось благодаря своим выступлениям сделать определенный имидж в англоязычном пространстве. Да, он предпочел не идти дальше этим путем. Все остальное я описал в своей колонке для Deutsche Welle. Но идея была простая: через узнаваемость прийти к политическому влиянию в Вашингтоне.
Какие инструменты нашего политического влияния в США вообще существуют? Есть формальные и неформальные. В число формальных входит работа с фабриками мысли, выступления в Конгрессе, работа в медиа и с экспертами, американскими университетами, специалистами по внешней политике. Есть неформальная сторона, когда личные связи позволяют действительно продвигаться. В общем, это комплекс инструментов.
Этим никто не занимается в США. Беларусская диаспора, которая периодически обращается к своим конгрессменам, может быть только дополнением к такой политике. По большому счету мы говорим о моей старой идее 2023 года о том, что в Вашингтоне должно быть посольство свободной Беларуси. И это не может быть даже один человек, это, очевидно, группа людей.
И здесь мы натыкаемся на известное противоречие в устройстве беларусской оппозиции. Офис Светланы Тихановской привык получать советы и деньги в Вашингтоне. Но если мы хотим прогресса, то нужно, наоборот, тратить на влияние в Америке свои ресурсы.
«Место для беларусского представителя в Америке вакантно»
— Вы понимаете, почему Тихановский не захотел идти этим путем?
— Я думаю, что это очень сложный путь. Сергей — талантливый и творческий человек, но такой путь требует большого напряжения и самодисциплины. Для этого нужен английский другого уровня и совершенно точно нужно было идти в американский университет. Иногда это просто не совпадает с настроением человека, иногда это последствия тюрьмы. Ну и потом, это достаточно высокая планка.
Я считаю, что у Сергея могло бы получиться, потому что я видел его выступающим перед американской аудиторией. Он очень убедителен, обаятелен, сфокусирован. У Сергея отличный социальный интеллект. Я видел реакцию американцев. Жаль, что он выбрал другой путь.
Место для беларусского представителя в Америке, таким образом, вакантно. У официального Минска, кстати, такой человек есть. Судя по некоторым внешнеполитическим достижениям на американском треке, мы понимаем, что Валентин Рыбаков (постоянный представитель Беларуси в ООН, участвующий в переговорах Лукашенко с США. — Прим. ред.) не спит в шапку, а работает с американской администрацией. Рискну предположить, что мы видим только часть этого минского плана.
Я совершенно убежден, что такая линия персональной дипломатии, как Джаред Кушнер (зять Дональда Трампа. — Прим. ред.) и его еврейские корни в Беларуси, совершенно точно будет эксплуатироваться Минском. То есть у Минска как раз дипломатия есть, а у беларусских демократических сил в США нет своего голоса и представительства.
— Вы также говорили, что, по-вашему, беларусские демсилы не выполняют своей миссии. Почему?
— Об этом говорю последовательно на протяжении последних пяти лет. Даже употреблял достаточно жесткую формулировку о том, что Офис в его нынешнем виде — это тупиковая ветвь в эволюции беларусского сопротивления.
Между тем нет никаких оснований полагать, что оппозиция появится внутри страны. Кто-то до сих пор надеется на возврат в 2019 год и на какую-то относительную оттепель. Я не вижу для этого предпосылок, потому что в России тоталитаризм обречен крепчать. И хотя бы даже по закону сообщающихся сосудов в Беларуси нет места для оппозиции.
Вообще надо сказать, что один из очевидных результатов работы демсил в изгнании — это то, что Лукашенко чувствует себя крайне уверенно. Он захеджировался с Пекином, у него получилось отметиться на американском треке, он получил орден в России и буквально спас Путина от Пригожина. И если верить наблюдениям некоторых кремлевских политологов, то он занимает почетное место члена так называемого Политбюро 2.0 в Москве.
Лукашенко чувствует себя крайне уверенно: он похудел на американских препаратах, выстраивает будущее, рисует политическую биографию для младшего сына и никуда не собирается уходить. У него есть только одна нерешенная проблема, о которой он, собственно, и вспоминает. Ему нужен доступ на переговоры (России и Украины. — Прим. ред.), потому что ему нужно обезвредить будущую Украину, ему нужны гарантии для себя.
Беларусская оппозиция, напротив, свои планы не реализует. Она не предложила такую фундаментальную вещь, как проект будущего. Во всех заявлениях о том, что «мы подготовили программу реформ, сделали чертежи будущей Беларуси», блистательно отсутствует глава номер один: собственно, как вы собираетесь прийти к этим реформам? Если сформулировать стратегию Офиса словами Светланы, то это будет звучать так: «Все диктатуры рано или поздно падают», — так она говорила, выступая в Берлине.
Сергей Тихановский поменял план в США, вернулся к блогерству и справедливо критикует устройство независимых СМИ (хотя, на мой вкус, очень грубо и из-за этого неэффективно). Но при этом он сделал политическое предложение [о создании объединенного офиса демсил]. На него предпочитают не реагировать.
Напоминаю для тех, кто пропустил (а пропустили очень многие, потому что стримы Сергея смотреть нелегко, это несколько часов откровений), что Тихановский по большому счету говорит: «А не сделать ли нам Dream Team из лидеров 2020 года?» Это отличное предложение.
Во-первых, это красиво. Во-вторых, это справедливо. Можно даже без всяких соцопросов утверждать, что беларусы бы такое поддержали. В-третьих, такое интеллектуальное усиление может привести к преодолению стратегического тупика. В-четвертых, мы не растеряем лидеров-пассионариев, которые иначе займутся выживанием. В-пятых, это сигнал. Представьте, что человек из системы хочет перейти на нашу сторону и присоединиться к движению. Так вот, такой человек никогда этого не сделает, наблюдая за нынешними порядками в Офисе.
Какие есть противопоказания для такого объединения в лидерскую команду 2020 года? Оно только одно. Очевидно, что Франак Вячорка не очень приветствует такое объединение. Скорее всего, по причине неуверенности в своих силах и каких-то комплексов, что он не сможет выжить среди такого коллектива.
И есть еще одно препятствие, которое, на мой взгляд, легко преодолевается. Я думаю, что западные доноры Офиса будут против такого объединения, так как побоятся потерять контроль: у нового объединенного офиса появятся возможности для качественного фандрайзинга. Я почти не сомневаюсь, что национальный бизнес в изгнании поддержал бы такую новую команду. Кроме того, западные доноры попросятся обратно уже через месяц, и надо еще подумать, принимать ли такое финансирование. А если принимать, то только при условии, что у них не будет «контрольного пакета». Так у беларусской оппозиции впервые может появиться своя национальная повестка.
Предложение Сергея Тихановского по переустройству Офиса, таким образом, очень разумное и своевременное. И его такая пролетарская риторика в стримах ни в коем случае не должна затмевать ценность этого предложения.
«Нам срочно нужен спецпосланник от Европы»
— Давайте вернемся к Америке. Там демократы вернули себе контроль над Конгрессом, а Джон Коул как раз ожидает утверждения в новой должности специального представителя президента США по делам заложников. Как это все повлияет на переговоры США с Лукашенко?
— Думаю, что внешняя политика меньше всего будет затронута этим [победой демократов]. Хотя внимание Трампа будет рассеяно, потому что начнутся слушания, расследования, будет наверняка попытка импичмента, которая ни к чему не приведет. И, конечно, это не самая хорошая новость для Беларуси.
Именно то, что Трамп будет занят и отвлечен, может привести к тому, что переговоры с Минском, которые и так являлись исключительно функцией отношений с Россией, могут совсем выпасть из приоритетов. И в данном случае назначение Джона Коула специальным представителем администрации по заложникам с расширением его полномочий на некоторые страны — это и хорошая, и плохая новость.
В чем новость хорошая? Это большая должность с очевидными полномочиями. Плохая в том, что его внимание будет тоже рассеяно на другие страны. Мы должны трезво понимать, что американская дипломатия, которая привела к освобождению политзаключенных, — это тоже функция отношений с Россией.
Лукашенко пригодился американцам в Кремле, а мы получили возможность увидеть освобожденных людей. Я считаю, что этот процесс будет буксовать и, скорее всего, упрется в ограничения со стороны Европы. Это подтверждают слухи, которые до нас доносятся относительно возможного транзита [калия] через Клайпеду.
Я обеспокоен таким развитием событий, и вот почему. Джон Коул — способный дипломат, но он немолодой и занятой мужчина. Я не вижу аппаратной поддержки. Когда Кристофера Смита, американского дипломата, переводят в Молдову, это вряд ли сигнализирует нам о том, что наша страна находится в приоритетах.
Надеюсь, что Джон Коул вошел во вкус и у него хватит личной мотивации продолжить это дело. Скажу здесь еще раз: нам срочно нужен спецпосланник от Европы.
Поблагодарить за статью