В день начала войны в Украине, 24 февраля, Нацбанк этой страны ограничил работу с гражданами Беларуси и России. На практике это означало блокировку счетов — в течение нескольких дней белорусы, живущие в Украине, потеряли возможность пользоваться украинскими картами. Узнали у них, каково это — больше месяца жить без доступа к собственным деньгам.
В Украине Виктор (имя изменено) живет с октября 2020 года. Переехав из Беларуси, мужчина открыл свой бизнес. Чуть позже к нему переехала жена с ребенком, а младшая дочь родилась уже в Украине. После начала войны счета Виктора заблокировали: как личные, так и его компании. Теперь собеседник не может ни выплатить зарплаты, ни вывести свои деньги.
— Естественно, немного налички оставалось. В планах было уехать в Молдову, но на границе нам сказали, что машина на белорусских номерах подлежит аресту. Потому мы отказались от этой затеи и остались в Украине, — рассказывает Виктор.
Сейчас семья оказалась в довольно сложной ситуации: своих денег почти нет, живут на помощь от других белорусов и украинцев:
— Нас приютили, живем пока в небольшом городке — за жилье не платим, но надо платить коммуналку. Продукты покупаем себе сами. Деньгами немного помогла белорусская диаспора в США — перевели их на карту гражданина Украины, у которого мы остановились. Еще немного денег собрали друзья — так и живем…
Белоруска Арина в Украине чуть меньше года, работает в СМИ. Сразу после начала войны девушка предположила, что ее украинскую карту могут заблокировать, и попросила начальство выплатить зарплату раньше. Там пошли навстречу — но пока деньги дошли, карта уже не работала.
— А ў мяне зусім не было грошай — толькі 10 грывень (90 копеек по курсу Нацбанка Беларуси на 24 февраля 2022 года. — Прим. Ред.) наяўных. Я тады толькі пераехала, і ў мяне ўсе сыйшло на кватэру і посуд, таму вельмі чакала заробак. Знаемыя, якія эвакуіраваліся, моўчкі пакінулі мне 3000 грывень (270 рублей по курсу по курсу Нацбанка Беларуси на 24 февраля 2022 года. — Прим. Ред.). Праз два дні прыехаў тата — у яго таксама ўсе заблакавана, але хоць былі наяўныя, — вспоминает девушка.
Помогло то, что другу Арины отдали зарплату наличными. Из этих денег он должен был 700 долларов еще одному их общему другу — но тот находится в батальоне Кастуся Калиновского, и попросил отдать эти деньги нашей собеседнице. Мол, молодому человеку они уже не нужны, а девушке еще пригодятся.
— Потым да мяне прыехалі яшчэ сябры з Кіева: яны і самі з грашыма, і мне перадалі ад сяброў наяўнымі. Так што выжыла толькі з дапамогай добрых людзей! А потым калегі адкрылі для мяне рахунак у Revolut, каб туды прыйшоў наступны заробак, і можна было разлічвацца хаця б ApplePay, — продолжает белоруска.
Что с заблокированными деньгами Арины сейчас — непонятно. Еще пару дней назад интернет-банкинг показывал, что вся тысяча долларов на месте, но сегодня вместо цифр стоят прочерки.
Белорус Денис переехал в Киев в ноябре 2020 года, работал аналитиком. В феврале деньги заранее не снимал: был уверен, что проблем со счетами не будет. Но через пару дней после начала войны понял, что его украинская карта заблокирована — со всеми деньгами.
— Успел снять 300−400 долларов в эквиваленте, к тому же у меня были наличные сбережения — пара тысяч долларов. А еще несколько тысяч лежат на заблокированных счетах, туда же поступает зарплата, — рассказывает Денис.
В «Ощадбанк», услугами которого пользуется собеседник, он обращался, но с решением проблемы особо помочь не могут.
— Сейчас живу на свои сбережения и деньги, которые успел снять с карты. Их мне хватит на достаточно продолжительный период, поэтому нет необходимости экономить. Из трат — еда, лекарства и оплата аренды квартиры, других нужд в настоящий момент нет. Но я мог бы помогать армии, другим людям в трудной ситуации, а из-за ограничения доступа к счету помогаю не так много, — рассказывает Денис.
А вот некоторым белорусам повезло больше. Например, Анна переехала в Киев в 2019 году к мужу — супруг у собеседницы украинец. Это главная причина, по которой блокировка карты для белоруски не стала настолько критичной — с деньгами мужа все в порядке.
— С января этого года я наконец начала официально работать как индивидуальный предприниматель: мы с супругом преподаватели аргентинского танго. А теперь 11 тысяч гривен (993 рубля по курсу Нацбанка Беларуси на 24 февраля 2022 года. — Прим. Ред.) заблокированы, а карта ФОПа («фізична особа-підприємець», аналог ИП в Беларуси. — Прим. Ред.) вообще исчезла из приложения интернет-банкинга, — рассказывает Анна. — Но к ситуации я отношусь с пониманием. К тому же, страха остаться без денег не было: я с ними легко расстаюсь, а в период войны вообще укрепилось понимание, что это не самое важное.
До 24 февраля Анна с мужем были уверены, что война не начнется, поэтому и не снимали деньги заранее. Но когда Россия все же напала, собеседница тоже не спешила к банкомату: стояли огромные очереди, к тому же пара решила дополнительно не нагружать экономику.
Супругов финансово поддержали родные, а сейчас Анна с мужем понемногу возвращаются к работе: несмотря на войну, у людей растет желание возвращаться к привычной жизни и к своим хобби, рассказывает белоруска.