На «швейке» гомельской женской колонии осужденные работают шесть дней в неделю, зарабатывают 15−20 рублей в месяц и получают дополнительные часы без оплаты, если не вырабатывают норму. Об условиях их труда рассказывает «Медиазона».
В гомельской женской колонии находится швейная фабрика — «один из ведущих белорусских производителей специальной, рабочей и форменной одежды», говорится на сайте предприятия. В основном осужденные шьют форму для бюджетников, чиновников, милиционеров и военных, но встречаются и другие заказы — постельное белье, куртки для крупных госпредприятий, медицинские костюмы и маски и даже хоккейная форма, рассказывает бывшая политзаключенная Дарья Чульцова.
По ее словам, политзаключенные женщины работают именно на «швейке».
В цеху работает несколько бригад, в бригаде — около 35 человек. Кроме швей, есть лекальщики и работники, которые обрезают нитки с готовой одежды — как правило, этим занимаются пожилые и люди с инвалидностью по зрению. По словам Чульцовой, в бригаде шьют всего несколько человек — остальные не могут или не хотят:
— Есть женщины, которых садят за алименты. Им не нужна эта работа. Они понимают, что получат 20 рублей, 15 у них спишут на алименты. Остальные пять-семь человек работают либо чтобы занять себя, либо хотят хоть что-то заработать.
В швейном цеху холодно зимой и душно летом, вспоминает Чульцова. Там трудно дышать из-за пыли, которая летит во время шитья от тканей плохого качества.
«С аллергией вообще нельзя работать в таких условиях. Представляете, что в легких творится у людей, которые работают там годами?» — говорит она.
Норма для всех бригад разная и зависит от изделия. Если заключенные ее не выполняют, администрация «орет и гонит в разнарядки» — неоплачиваемые дополнительные часы, рассказывает Дарья. По ее словам, в разнарядки осужденных отправляли часто, а некоторые «в разнарядках жили».
На швейном производстве заключенные работают по шесть часов шесть дней в неделю. Два раза в месяц, как правило, заключенным приходится работать и по воскресеньям. По подсчетам Чульцовой, осужденные перерабатывают даже без учета рабочих выходных.
Несколько мужчин, отбывавших наказание в других колониях, рассказали «Медиазоне», что работа на швейных участках среди заключенных считалась неплохой — «все время в тепле» и есть возможность «себя немного обшить».
— Где-то брюки порвутся, ты их шьешь — один зашивает, а второй стоит напротив окна и смотрит, чтобы не зашли в цех, иначе накажут, — говорит бывший политзаключенный Иван, который отбывал наказание в ИК-17.
На швейной фабрике в ИК-4 установлены камеры, контролеры периодически устраивают обыски личных вещей, а сотрудники оперативного отдела проводят проверки, рассказывает Дарья.
Некоторые заключенные (или целые отряды) занимаются хозобслуживанием — работают в столовой, прачечной, парикмахерской и убирают в административных зданиях. Дарья Чульцова говорит, что в женской колонии работа прачки и уборщицы считается престижной, потому что там больше свободы перемещения — заключенные не прикреплены к фабрике.
